Успение пресвятой Богородицы

В. Н. Лосский, Л. А. Успенский

Праздник Успения (κοι᾿μησις) Богоматери, известный на Западе как Вознесение Марии, имеет два различных аспекта, которые, однако, верою Церкви неразрывно связаны между собой. Это, с одной стороны, смерть и погребение, с другой, воскресение и вознесение Божией Матери. Православный Восток сумел оградить таинственность этого события, которое, в противоположность Воскресению Христову, не было проповедано апостолами. В самом деле, здесь тайна, которую невозможно высказать слуху "внешних", но которая открыта внутреннему сознанию Церкви. Ибо для утвержденных в вере в Воскресение и Вознесение Господне ясно, что если Сын Божий принял человеческую природу в лоне Приснодевы, то и Она, послужившая вочеловечению, должна быть воспринята в славу Своего воскресшего и восшедшего в небесные обители Сына. Воскресни, Господи, в покой Твой, Ты и Кивот Святыни Твоея (Пс.131:8). "Гроб и умерщвление" не могли удержать "Живота Матерь" (кондак праздника, глас 2-й), потому что Сын Ее "престави" (μετε᾿στησεν) Ее к вечности будущего века.

Прославление Матери непосредственно проистекает из добровольного уничижения Сына. Сын Божий воплощается в Приснодеве Марии и становится Сыном человеческим, могущим умереть; Мария же, став Божией Матерью, получает "славу боголепную" (θεοπρεπη᾿σ δο᾿ξα) (Вечерня, стихира 2-я, глас 1-й) и первой из человечества становится причастной полному обожению твари. "Бог стал Человеком, чтобы человек стал богом"407). Так значение вочеловечения Бога утверждается в конце земной жизни Марии. "Оправдана премудрость в чадах ее" (Мф.11:19). Слава жизни будущего века, конечная цель человека, уже осуществилась не только в божественной и вочеловечившейся Ипостаси, но и в человеческой обоженной личности. Этот переход от смерти к жизни, от времени к вечности, от земного состояния в небесное блаженство прелагает Богоматерь за грань общего Воскресения и Страшного Суда, за грань Второго Пришествия (παπυσι᾿α), которым завершится история мира. Праздник 15 августа есть новая таинственная Пасха, в которой Церковь празднует, предваряя конец времен, сокровенный плод эсхатологического свершения. Этим объясняется сдержанность литургических текстов, которые в службе Успения лишь отчасти указывают408)на несказанную славу вознесения Богоматери.

Праздник Успения, вероятно, иерусалимского происхождения. Однако Этерия в конце IV века его еще не знала. Можно, однако, предположить, что он не замедлил появиться вскоре, так как в VI в. он уже общеизвестен: на Западе св. Григорий Турский – первый свидетель Вознесения Богоматери409), которое здесь вначале праздновалось в январе410). Дата 15 августа устанавливается при императоре Маврикии (582–602)411).

Наиболее древнее известное изображение Вознесения Богоматери находится на саркофаге в церкви Санта-Энграсиа в Сарагоссе (начало IV в.), одна из сцен которого, очень вероятно, передает это событие412); затем мы видим его на рельефе VI в. в грузинской базилике Болнис-Капанакчи. Этот рельеф противопоставлен другому, изображающему Вознесение Христово413). Апокрифическое повествование, связываемое с именем св. Мелитона (II в.), на самом деле не старше начала V в.414) Это сказание полно легендарных подробностей о смерти, воскресении и вознесении Богоматери – недостоверными сведениями, которые Церковь постаралась исключить. Так, например, свт. Модест Иерусалимский (†634) в своем "Похвальном слове на Успение"415) очень сдержан в подробностях: он говорит о присутствии апостолов, которые "были приведены издалека через небесное откровение"416), о явлении Господа, пришедшего принять душу Своей Матери и, наконец, о возвращении Богоматери к жизни, "дабы телесно принять участие в вечном нетлении Того, Который вывел Ее из гроба одному Ему известным способом"417). Другие слова, сказанные свт. Иоанном Фессалоникийским († ок. 630)418), а также свв. Андреем Критским, Германом Константинопольским и Иоанном Дамаскиным419), приводят больше подробностей, которые используются и богослужением, и иконографией Успения Богоматери.

Классический в православной иконографии тип Успения обычно представляет Богоматерь на смертном ложе. Вокруг Нее апостолы, и посередине Христос во славе, принимающий на руки душу Своей Матери. Однако иногда иконописцы хотели подчеркнуть и телесное Ее вознесение: в таких случаях в верхней части иконы, над сценой Успения, Богоматерь сидит на престоле, окруженная мандорлой, несомой ангелами в небесные сферы.

На нашей иконе (Россия, XVI в.) Христос стоит во славе, окруженный мандорлой, и смотрит на тело Матери, лежащее на смертном ложе. В левой руке Господь держит детскую фигурку в белом, увенчанную нимбом: это "всесветлая душа"420), только что принятая Им. Двенадцать апостолов, "обстояще одр, с трепетом" (Утреня, стихира по 50-м псалме, глас 6-й), присутствуют при смерти Богоматери. На первом плане узнаются Петр и Павел по обеим сторонам ложа. На некоторых иконах изображается вверху чудесное прибытие апостолов, "от четырех конец земли на облацех восхищени"421).

Множество присутствующих ангелов иногда составляет внешний круг мандорлы Христа. На нашей иконе небесные силы, сопровождающие Христа, представлены одним шестикрылым серафимом. За апостолами стоят четыре епископа с нимбами. Это св. Иаков, "брат Божий" (ср.: Гал.1:19), первый епископ Иерусалимский, и три ученика апостолов: Тимофей, Иерофей и Дионисий Ареопагит, сопровождающий св. апостола Павла422). На заднем плане две женские фигуры изображают верующих Иерусалима, составляющих вместе с апостолами и епископами внутренний круг Церкви, в котором совершается тайна Успения Богоматери.

На большинстве икон Успения изображается также эпизод с Афонией: этому еврейскому фанатику ангел отсекает мечом руки потому, что он дерзнул коснуться одра Пресвятой Богородицы (см.: Тропарь 3-й песни первого канона). Эта подробность апокрифического характера, встречающаяся и в богослужении, и в иконографии праздника, должна напоминать о том, что завершение земной жизни Богоматери есть сокровеннейшая тайна Церкви, не терпящая профанации. Невидимая для внешних, слава Успения Пречистой Девы может быть созерцаема только во внутреннем свете Предания.На большинстве икон Успения изображается также эпизод с Афонией: этому еврейскому фанатику ангел отсекает мечом руки потому, что он дерзнул коснуться одра Пресвятой Богородицы (см.: Тропарь 3-й песни первого канона). Эта подробность апокрифического характера, встречающаяся и в богослужении, и в иконографии праздника, должна напоминать о том, что завершение земной жизни Богоматери есть сокровеннейшая тайна Церкви, не терпящая профанации. Невидимая для внешних, слава Успения Пречистой Девы может быть созерцаема только во внутреннем свете Предания.



407) См.: Ириней Лионский, св. Против ересей, V, введ. / PG 7, col. 1120аЬ (рус. пер.: Сочинения. СПб., 1900. С. 446. – Ред.); Афанасий Великий, сети. О воплощении, 54 / PG 25, col. 192b (рус. пер.: Творения. Ч. 1. СТСЛ, 1902. С. 260. – Ред.); Григорий Богослов, свт. Догматические стихи, 10: Против Аполлинария о Воплощении, 5–6 / PG 37, col. 465; Григорий Нисский, свт. Большое огласительное слово, 24–25 / PG 45, col. 65 (рус. пер.: Догматические сочинения. Т. 1. Краснодар, 2006. С. 37–38. – Ред.) и др. отцы Церкви
408) Чин "Погребения Богоматери" (17 августа), имеющий гораздо более позднее происхождение, напротив, слишком откровенен в своих выражениях; он скопирован со службы утрени Великой субботы ("Погребение Христа").
409) См.: Григорий Турский. О славе блаженных мучеников, 4; 9 / PL 71, col. 708bc; 713а–714а.
410) Миссал Боббио и Галликанский сакраментарий указывают дату 18 января.
411) См.: Никифор Каллист. Церковная история, XVII, 28 / PG 146, col. 292ab.
412) См.: Dictionnaire d’archéologie chrétienne et de liturgie / publ. dom F. Cabrol. Vol. 1. Paris, 1903. P. 2900–2994.
413) См.: Амиранашвили Ш. История грузинского искусства. Т. 1. М., 1950. С. 128.
414) См.: Псевдо-Мелитон. О телесном преселении Девы Марии на небо / PG 5, col. 1231–1240.
415) См.: Модест Иерусалимский, свт. Похвальное слово на Успение Пресвятой Богородицы / PG 86-B, col. 3277b–3312c.
416) Там же, IX, col. 3300а
417) Там же, XIV, col. 3312b.
418) См.: Patrologia Orientalis. Т. 19, col. 375–438.
419) См.: PG 97, col. 1045–1109; PG 98, col. 340–372; PG 96, col. 700–761.
420) Вечерня, литийная стихира на и ныне, глас 5-й
421) Ср.: Акафист Успению Божией Матери. Кондак 2-й и 5-й.
422) См. соответствующий фрагмент об Успении у св. Дионисия Ареопагита: Об именах Божиих, III, 2 / PG 3, col. 681d (рус. пер.: Сочинения / подг. Г. М. Прохоровым.СПб., 2002. С. 285–287.-Ред.).
423) См.: Ouspensky L., Lossky W. Der Sinn der Ikonen. Bern; Olten, 1952; Lossky V., Ouspensky L. The Meaning of Icons. Boston, 1955; Ouspensky L., Lossky V. The Meaning of Icons. Crestwood, NY, 1982; Ouspensky L.f Lossky V. Le sens des icones. P., 2003








Источник: https://azbyka.ru/otechnik/Vladimir_Losskij/smysl-icon.html#_64